Что до методологических вопросов, то необходимо указать на другую точку, где собственно экономический дискурс становится политэкономическим и (явно или скрыто) втягивает в себя непредметные предпосылки.
Это не вопрос о сексе и сексуальном поведении, это вопрос о детях. Экономика, как строгая наука, возможна только при определённых внешних для неё допущениях, в частности, предположения о существовании такой сущности, как «экономический субъект», а её выводы приложимы лишь в той мере, в какой эта абстракция адекватна.
«Узкое место» заключается в том, что, как сильно мы бы ни верили в автомистичность общества и автономность человеческого существа, мы знаем, что субъектов экономической активности не находят в капусте или клюве аиста. Они даже не рождаются в готовом виде, они изготовляются из биологического материала по мере взросления ребёнка. На «одном конце» этого процесса мы находим маленький кусочек живой плоти, неспособный даже к самостоятельному физическому существованию, на другом – субъекта экономической активности и правоотношений, а как относиться к переходу одного в другое, непонятно.
Радикальное решение «детского вопроса» дали древние римляне – тоже своего рода «военные либералы», признававшие и защищавшие автономность частной жизни (правда, скорее, семейно-клановой, чем индивидуальной). В системе римского права дети – частная собственность родителей (точнее, отца как главы семьи) и находятся на положении объекта, а не субъекта права до момента эмансипации (для мальчиков, а в позднюю, эклектическую эпоху – иногда и для дочерей) – акта, требующего не исполнения формальных требований (как, например, достижение «совершеннолетия» в современных правовых системах), но воли отца-собственника, либо его смерти.
Решение честное и последовательное (в рамках системы рабовладения). Настолько последовательное, что мало кто из современных либертарианцев открыто и без оговорок призовёт к его реставрации. Между тем других последовательных решений нет или, по крайней мере, не найдено. «Объектность» грудного младенца – вопиющий эмпирический факт. Субъектность взрослого по отношению к правам человека (включая права собственности и экономические правомочия) – безальтернативное требование. Трансцезус, переход между объектным и субъектным режимами существования мистичен и непостижим; и традиция, и закон либо прямо объявляют его таковым, либо маскируют системой компромиссов.
«
А вот дети… Детей жалко»
Общие формы компромисса в современных либеральных демократиях и претендующих на такой статус режимов известны.
Права за ребёнком признают с момента рождения[1], но признаются условно. Соответствующие им реальные правомочия либо перекрываются мораторием на определённый срок, либо делегируются ответственным лицам – агентам, в качестве которых обычно выступают родители, но в других ситуациях – усыновители, опекуны или органы опёки, создаваемые на различны уровнях государственности.
Эмансипация – формальный акт (или ряд актов), автоматически совершающийся при достижении определённого условия (например, в России – при достижении восемнадцатилетнего возраста или при вступлении в брак) и обычно совпадающий с полной формальной реализацией права на гражданство.
Другие статьи:
Веселые свадебные обряды
1. Накануне свадьбы проводятся мальчишник и девичник.
МАЛЬЧИШНИК. Жених, с утра пораньше, самостоятельно упивается вусмерть (шутка!) и ложится поперек стола ногами на запад. К вечеру, за накрытый таким образом стол, подсаживаются его бли ...
Условия успешного развития творческих способностей.
Одним из важнейших факторов творческого развития детей является создание условий, способствующих формированию их творческих способностей. На основе анализа работ нескольких авторов, в частности Дж. Смита /7, 123/, Б.Н. Никитина /18, 15, ...
Филогенетические уровни биологической памяти
Биологическая память— это фундаментальное свойство живой материи приобретать, сохранять и воспроизводить информацию. Различают три вида биологической памяти, появление которых связано с разными этапами эволюционного процесса: генетическую ...
Разделы